Недоверие к матери, чрезмерное доверие к Берии
На протяжении всей книги Аллилуева множество раз упоминает Лаврентия Берию (при жизни Сталина — комиссар госбезопасности и приближенное к вождю лицо), и везде — с нескрываемыми ненавистью и отвращением. Она в открытую называет его выродком и сетует, что это был единственный человек, который смог обхитрить, обольстить её отца.
— Во многом отец и Берия повинны вместе. Я не стану перекладывать вину с одного на другого. Они стали, к сожалению, духовно неразрывны. Но влияние этого ужасающего злобного демона на отца было слишком сильным и неизменно эффективным…
При этом, как пишет Светлана, мать всегда ненавидела Берию и даже закатывала Сталину сцены, чтобы он так не доверялся ему. Но это было бесполезно.
— В отвращении к этому человеку и в смутном страхе перед ним мы с близкими были единодушны. Мама ещё давно (году в 29-м), как говорил мне сам отец, «устраивала сцены, требуя, чтобы ноги этого человека не было у нас в доме».
Через годы, когда Светлана уже повзрослела, Сталин пояснял:
Я спрашивал её: «В чём дело? Приведи факты! Ты меня не убеждаешь, я не вижу фактов!» А она только кричала: «Я не знаю, какие тебе факты, я же вижу, что он негодяй! Я не сяду с ним за один стол!» «Ну, — говорил я ей тогда, — убирайся вон! Это мой товарищ, он хороший чекист, он помог нам в Грузии предусмотреть восстание мингрельцев, я ему верю. Факты, факты мне надо!
Иосиф Сталин
Возвращение на Родину
В 1984 году Аллилуева возвращается на Родину. На удивление, но дочь Сталина встретили тепло и дружелюбно. Ей выдали квартиру, авто с личным водителем и назначили большую пенсию.
Но жить в Москве Светлане было в тягость, ей хотелось тишины и уединения. Тогда она с дочерью Ольгой перебралась в Грузию, где её боготворили. Здесь Ольга начинает ходить в среднюю школу, увлекается конным спортом. Старшие дети (Иосиф и Екатерина) холодны с матерью и стараются избегать встречи.
Но даже здесь женщина не смогла привыкнуть к жизни в Союзе и обрести душевный покой. Она собирает вещи и вместе с младшим ребёнком возвращается в США. В СССР дочь Иосифа Сталина больше никогда не приедет.
Вернувшись в Америку, пожилая женщина окончательно прекращает общаться с Иосифом и Екатериной. Через некоторое время Ольга переезжает от матери и начинает жить самостоятельно.
За рубежом были изданы 4 книги дочери Иосифа Сталина:
- «Двадцать писем к другу» (1967);
- «Только один год» (1969);
- «Далёкая музыка» (1984);
- «Книга для внучек: путешествие на Родину» (1991).
Последние годы Светлана Аллилуева жила в доме престарелых, где и скончалась от рака 22 ноября 2011 года в возрасте 86 лет.
Излишняя ласка
Отец проявлял много нежности к Светлане, пока она была маленькой. Он баловал её, никогда в детстве не бил. Однажды, когда мать сильно наказала Свету за то, что она ножницами изрезала новую скатерть, — побила её по рукам — Сталин сгладил это наказание.
— Боже мой, как больно отшлёпала меня мама по рукам! Я так ревела, что пришёл отец, взял меня на руки, утешал, целовал и кое-как успокоил… Несколько раз он так же спасал меня от банок и горчичников — он не переносил детского плача и крика. Мама же была неумолима и сердилась на него за «баловство», — пишет Светлана Аллилуева.
Светлана была уверена, что из-за чрезмерной ласки отца её мать была в итоге с ней слишком холодна. А именно материнской нежности так не хватало девочке, которая осталась сиротой в 6 лет (в 1932 году жена Сталина Надежда Аллилуева покончила жизнь самоубийством).
Отец нас не стеснял (правда, он был очень строг и требователен к Василию [брат Светланы]), баловал, любил играть со мной, — я была его развлечением и отдыхом. Мама же больше жалела Василия, а ко мне была строга, чтобы компенсировать ласки отца. Но всё равно я её любила больше…
Светлана Аллилуева
Тема упрека отцу за всё неправильное, что было в матери, сквозит через всю книгу воспоминаний. Светлана даже приходит к выводу, что, может быть, и хорошо, что мать так рано ушла и не застала все репрессии, которые настигли их семью, окружение.
— Я часто думаю: какая судьба ждала её дальше, если бы она не умерла? Ничего хорошего её не ждало. Рано или поздно она оказалась бы среди противников отца. Невозможно представить себе, что она бы молчала, видя, как гибнут лучшие старые друзья — Н.И. Бухарин, А.С. Енукидзе, Реденс, оба Сванидзе — она бы не пережила этого никогда. Быть может, судьба даровала ей смерть, спасшую её от ещё больших, ожидавших её несчастий? Ведь она не смогла бы — трепетная лань— предотвратить все эти несчастья или остановить их, — пишет дочь Сталина.
Дочь Светланы Аллилуевой Екатерина Жданова: «Она мне не мать, это ошибка»
Узнав о кончине Светланы Аллилуевой мы позвонили в маленький камчатский поселок Ключи, приткнувшийся к подножью высочайшего вулкана Евразии – Ключевская Сопка. Несколько лет назад «Комсомолка» писала о том, что здесь, в Ключах, живет дочь Светланы Аллилуевой, внучка Сталина. Зовут ее Екатерина Юрьевна Жданова.
В юности получив диплом геофизика, решительная девушка уехала из Москвы дальше некуда – на Камчатку. К тому времени ее мать уже покинула Советский Союз, оставив Катю один на один с судьбой. И этой судьбой стала Камчатка, вулканы и многолетняя работа на вулканологической станции в Ключах.
За 40 последних лет Жданова лишь раз покидала поселок – летала в Ростов-на-Дону к отцу, ректору Ростовского государственного университета Юрию Андреевичу Жданову (он – сын ближайшего сталинского соратника Жданова). Здесь, в Ключах, Екатерина вышла замуж, родила дочь Анну – та вместе с семьей (муж – военный, служит в воинской части при полигоне Кура, две дочки) и сегодня живет по соседству с мамой в военном городке. Муж Екатерины Юрьевны умер еще в 1983 году. С тех пор она одна. Ей 61 год.
Светлана с отцом
— Известие о кончине Светланы Аллилуевой я получил по электронной почте, — рассказал «КП» начальник вулканостанции поселка Ключи Юрий Демянчук. – Мой коллега американский вулканолог Том Миллер написал, что 22 ноября в 4.40 утра в городе Ведансдей (штат Висконсин) «спокойно умерла» Светлана Аллилуева. Мы, конечно, тут же к Кате. Ее реакция была неадекватной: «Это не моя мать. Не лезьте в мою жизнь».
— Как живет Екатерина Юрьевна? Работает на станции?
— Живет, как затворница. Ни с кем, кроме своих многочисленных собак, не общается. Дом у нее ветхий, запущенный, больно смотреть. Когда на юбилей станции администрация поселка предложила сделать ремонт, внутрь никого не пустила. Подлатали ей жилье только снаружи. Сегодня она является штатным сотрудником одной из лабораторий Камчатского института вулканологии, но на работу практически не ходит. Сейчас она в отпуске – до 12 января. В Америку? Да вы что! Конечно, не собирается. Ей бы в больницу. По-моему, человек она очень нездоровый.
Дозвониться до Екатерины Юрьевны практически невозможно, предупредил Демянчук – к телефону Жданова подходит исключительно редко. Но, видимо, мой звонок и был тот редкий случай. Внучка Сталина подняла трубку. Я попросила ее сказать хотя бы несколько слов в связи с известием из Америки. И услышала:
— Светлана Аллилуева не является моей матерью. Это какая-то ошибка. Ничего по этому поводу сказать не могу.
Дальше — гудки.
«ЖАЛЕЮ, ЧТО МАМА НЕ ВЫШЛА ЗА ПЛОТНИКА»
О кончине знаменитой беглянки стало известно в понедельник вечером. 85-летняя дочь Иосифа Сталина Светлана Аллилуева, известная в США как Лана Питерс, прожившая последние годы в американском городке Ричлэнд-Каунти (Висконсин), страдала от рака желудка. И, как пишет газета New York Times, скончалась еще 22 ноября, но местные власти сообщили об этом только сейчас.
«Маленький воробушек» — так ласково называл свою единственную дочь Иосиф Виссарионович. На вопрос, любил ли он ее, бывшая «кремлевская принцесса» печально кивала головой:
«Да, наверное, у меня были такие же рыжие волосы и веснушки, как у матери…Но он сломал мне жизнь. Ты не можешь сожалеть о своей судьбе. Но я жалею, что мама не вышла замуж за плотника».
А в судьбе ее были невероятные хитросплетения: и роскошь Кремля, и домик без электричества в Висконсине, и дом престарелых в убогом лондонском квартале…
В детстве вождь народов засыпал Свету подарками, тысячи девочек в СССР называли в ее честь, были выпущены одноименные духи. В 18 лет она обедала с самим Черчиллем. Но продолжала терять близких – в 1932 году Надежда Аллилуева совершает самоубийство, а маленькой Свете еще 10 лет говорят, что мать умерла из-за аппендицита. Затем война, на которой гибнет ее брат Яков – Сталин отказывается обменять его на немецкого генерала.
Ее первую любовь – еврейского режиссера – отец ссылает на 10 лет в Сибирь, а ее вместо литературы заставляет учить в МГУ историю. Светлана подчиняется…(читайте далее)
Елена Ханга: «Мама подсказала Аллилуевой, как выехать из страны»
Со Светланой Аллилуевой в молодости близко дружила мать телеведущей Елены Ханги. Сама Елена была тогда еще совсем маленькой, но помнит рассказы своей матери Лии о загадочной подруге.
— Мама познакомилась с ней, еще будучи студенткой, в Ленинграде в гостях у композитора Мити Толстого. Фамилию Светланы она тогда не знала, — рассказала «КП» Елена. — Как-то они поехали вместе отдыхать и встретили цыганку. Та предсказала маме, за кого она выйдет замуж, и что останется вдовой. «Страшная рука!», — сказала она, глядя на руку Светланы, и отказалась ей гадать.
Подруги тогда просто посмеялись, а вскоре маме сказали, кто ходит у нее в подругах. Аллилуева всегда хотела уехать из страны, но понимала, что ее никогда не выпустят. Когда же умер ее индийский «муж» Сингх, мама посоветовала ей попросить разрешения захоронить его на родине — может, тогда и выпустят. Так и произошло (читайте далее).
«ЕСЛИ БЫ ОТЕЦ УЗНАЛ, ЧТО Я ДЕЛАЮ, ОН БЫ МЕНЯ РАССТРЕЛЯЛ…»
Николай ДОБРЮХА
Мне задают вопрос, почему сбежала дочь Сталина на Запад. Почему сбежал сын Хрущева, кажется, понятно. Но почему все-таки сбежала Светлана?
Скорее всего — от той невыносимой жизни, которая началась у нее после разоблачения культа личности на ХХ съезде в 1956 году. Как она говорила, ее постоянно преследовала мысль, что когда она будет идти по улице, ей вслед будут говорить: вот дочь убийцы! Но следовало бы вспомнить, кем хотела быть Светлана. Она мечтала стать писателем. Писателем с именем, чтобы ее узнавали по ее произведениям, а не потому, что она дочь Сталина.
Однако, как она неоднократно признавалась в своих интервью на Западе, ее не хотели воспринимать иначе, как дочь хозяина Кремля. Здесь надо сказать, что это беда всех детей и внуков высокопоставленных людей. Я вспоминаю, как внук Анастаса Микояна всегда обижался, когда мы, учась в МГУ вместе с ним, звали его Стасик Микоян. Он из-за этого даже фамилию поменял на Намин. Чтобы его знали именно как Намина — он организовал знаменитую по тем временам группу «Цветы».
Вот так и Светлана хотела стать писателем с именем. Зачем я об этом говорю? Затем, что все ее мемуары и особенно известные на весь мир «20 писем другу» являются больше литературными произведениями, нежели мемуарами. Кстати, она и сама это признавала. Мы же, забывая про эти слова, принимаем ее отца, ее жизнь, нарисованные в этих письмах, за действительность (читайте далее).
«НА КОГО ТЫ ПОХОЖА?!»
Конечно, когда Светлана выросла, она отплатила своему папеньке за детско-юношеские унижения: в семнадцать лет влюбилась в кинодеятеля Алексея Каплера, человека вдвое старше ее, да еще и не особо жалуемой Сталиным национальности. А затем, когда того посадили (отсидел он 10 лет), вышла замуж за другого гражданина той же национальности. Родила, развелась, стала женой сына соратника Сталина Жданова, снова развелась…
Но и в те времена отцовские требования к гардеробу дочери были весьма строгими:
— Он не раз еще доводил меня до слез придирками к моей одежде: то вдруг ругал, почему я ношу летом носки, а не чулки, «ходишь опять с голыми ногами!». То требовал, чтобы платье было не в талию, а широким балахоном. То сдирал с моей головы берет: «Что это за блин? Не можешь завести себе шляпы получше?» И сколько я ни уверяла, что все девочки носят береты, он был неумолим, пока это не проходило у него и он не забывал сам (читайте материал Алексея БОГОМОЛОВА полностью).
ДОСЬЕ «КП»
Светлана Иосифовна Сталина (28.02.1926 — 22.11.2011) окончила исторический факультет МГУ, кандидат филологических наук. Работала переводчиком с английского языка.
В 1944 г. вышла замуж за Григория Морозова, родила сына Иосифа. Стал кардиологом, умер в 2008 г.
В 1949 г. вышла замуж за Юрия Жданова, родила дочь Екатерину (работает на Камчатке в Институте вулканизации).
1956-1967 гг. — Аллилуева (Светлана взяла фамилию матери — Ред.) работает в Институте мировой литературы. В 1962 г. покрестилась с детьми в Москве.
В 1967 г. уехала в Индию на похороны Браджеша Сингха, которого в некоторых интервью называла своим мужем. И стала «невозвращенцем». На Западе опубликовала мемуары «Двадцать писем к другу», в 1970 г. вышла замуж за американского архитектора Уильяма Питерса, родила дочь Ольгу и сменила имя на Лану Питерс.
В 1982 г. переехала в Англию, отдала дочь в интернат и стала путешествовать по миру. В 1984 г. возвращается с Ольгой в Москву, получает советское гражданство, перебирается в Грузию.
В 1986 г. Горбачев разрешает ей вернуться на Запад. В последние годы жила в одиночестве в Швейцарии, Англии и США.
Кликните для увеличения.
Кликните для увеличения.
ПРЯМАЯ РЕЧЬ
«За сорок лет жизни здесь Америка мне не дала ничего. Я даже вести свою чековую книжку не научилась. Но уже поздно переезжать… Здесь, в Америке, и помру».
(Из интервью 2008 г.)
А В ЭТО ВРЕМЯ
Старшие дети Светланы не хотели о ней даже слышать…
Светлана люто ненавидела советский режим и родного отца, не простив ему загубленной жизни своей матери. Написала об отце жестокие мемуары. С сарказмом называла себя Павликом Морозовым, а меж тем и сама оказалась в шкуре отца — сын Иосиф (от первого брака с бывшим однокашником Григорием Морозовым) и старшая дочь Екатерина Жданова (рожденная от второго мужа, сына секретаря ЦК партии Андрея Жданова), оставшиеся на Родине, отказались от нее. И по сей день не хотят о ней даже слышать…
«У Светланы в Москве много родственников по материнской линии, мы помним о ней, знаем про ее юбилей. Рады, что она такая долгожительница. Но общения с ней не поддерживаем. Так уж сложилось», — сказал год назад «КП», когда Светлана отмечала свое 85-летие, ее двоюродный брат Александр Аллилуев.
Анна ВЕЛИГЖАНИНА
ПОСЛЕДНЕЕ ПРОСТИ
Пыталась похоронить брата подле матери — не дали…
В марте 1962 года Светлана Аллилуева была на Арском кладбище в Казани на похоронах своего родного брата Василия. Позже она напишет, что на похороны собрался чуть ли не весь город, но очевидцы опровергали эту информацию — пришли лишь несколько человек к подъезду дома, из которого выносили гроб.
Аллилуева лично обращалась к Хрущеву за разрешением похоронить сына Сталина рядом с его матерью Надеждой Сергеевной Аллилуевой на Новодевичьем кладбище в Москве, но ей было отказано. Больше Светлана не приезжала в Казань на могилу брата.
Альфия АДИЯТОВА («КП» — Казань»)
ЧИТАТЕЛЬСКИЙ ФОРУМ НА KP.RU
«Тяжелое это бремя — быть дочерью Сталина»
Читатели обсуждают известие о смерти Светланы Аллилуевой
Светлана:
Светлана Аллилуева, как и ее дети, — часть нашей истории. Давайте любитьи уважать прошлое таким, какое оно есть.
Екатерина:
Считаю, что Аллилуева предала Родину, отреклась от родного отца, измазавего грязью, бросила детей. Разве она заслуживает доброй памяти?
Ответ корреспондента отдела политики «КП» Евгения Лукьяницы:
— Скорее всего, мы никогда не узнаем, что заставило ее уехать из страны и что стало истинной причиной такого поступка. Неурядицы ее личной жизни или политические интриги вокруг родственников Сталина… Ксожалению, люди, подобные ей, уносят с собой в могилу все тайны, так и не доверив самое сокровенное окружающим.
Ульяна:
У самой Светланы не было детства, не было юности — она жила, как в застенке.
Елена:
Слова дочери Светланы, Екатерины Ждановой: «Она мне не мать, это ошибка» — не делают ей чести как человеку. Мать есть мать, плохая она или хорошая, но она родила, дала жизнь.
Николай:
Если жизнь дала, то сразу мать с большой буквы? Не согласен. А как же женщины-алкоголички, наркоманки, которые рожают по 7-8 раз? Думаю, потом не каждый ребенок, может сказать, что ему нужна была именно такая жизнь! Мать — та, которая любила, растила, воспитывала.
Ответ корреспондента отдела политики «КП» Евгения Лукьяницы:
— Это вопрос морально-нравственного выбора каждого человека. Осуждать Екатерину Жданову я не могу, но и понять предательство матери своих детей тоже. Впрочем, как говорится: «О мертвых либо хорошо, либо ничего».
Ольга:
Вызывает уважение то, что наследники Сталина жили и живут своим трудом, в отличие от нынешней «золотой молодежи»:
Ответ корреспондента отдела политики «КП» Евгения Лукьяницы:
— Да, действительно, практически все потомки Сталина работали по обычным специальностям. Впрочем, после развенчания «культа личности» пользоваться своим именем у них не было никакой возможности.
Татьяна:
Страшные судьбы у детей Сталина. Но как ни крути — самый достойный из них — Яков, которого, кстати, Сталин не любил. По-моему, он единственный, кем отец мог бы гордиться — умер достойно, защищая Родину, как солдат.
Ответ корреспондента отдела политики «КП» Евгения Лукьяницы:
— А кто сказал, что он им не гордился. Ведь мы не знаем, какие чувства переполняли Сталина, когда он сказал: «Я солдата на фельдмаршала не меняю» в ответ на предложение ставки Гитлера обменять его пленного сына, старшего лейтенанта Красной Армии Якова Сталина, на захваченного в Сталинграде фельдмаршала Паулюса.
Елена:
Была бы Светлана счастливее, если бы родилась в обычной семье? Тяжелоеэто бремя — быть дочерью Сталина. Кому оно по силам?
Мария:
Если бы я была его дочерью или внучкой — я бы гордилась такимпроисхождением. Сталин — фигура историческая, властная и незабываемая.
Анна:
Ей на каждом шагу кричали: «Дочь убийцы!» Вы бы смогли с этим жить?
Ответ корреспондента отдела политики «КП» Евгения Лукьяницы:
— У Сталина были и другие дети. Но они не стали уезжать из СССР. К тому же вряд ли на каждом углу потомкам «вождя всех народов» кричали «дети убийцы». Народ помнил, под чьим руководством была выиграна самая страшная война за всю историю человечества.
Репрессии в отношении первого возлюбленного
В 1942 году 16-летняя Светлана влюбляется в 39-летнего преподавателя ВГИК (а в годы войны — военного корреспондента) Алексея Каплера. Их нечастые и недолгие встречи, походы в кино и поцелуи украдкой не закончились для пары ничем хорошим. Начиная свой рассказ о первой любви, Светлана пишет, что в ту зиму она познакомилась с человеком, «из-за которого навсегда испортились её отношения с отцом».
Их познакомил брат Светланы Василий, который привёз Каплера к ним на дачу — Василий в то время консультировал Каплера по фильму про лётчиков. Отношения Каплера и юной дочери вождя развивались романтически. Уехав в Сталинград в качестве военного корреспондента, мужчина опубликовал оттуда в «Правде» свой репортаж в виде писем возлюбленной, где он и описал все происходившие на фронте действия.
К тому моменту Сталину уже доложили о романе его дочери. В феврале 1943 года, после возвращения Каплера из Сталинграда, они увиделись с Аллилуевой и решили, что это будет их последняя встреча. Однако гнева Сталина мужчине избежать не удалось — Каплер был арестован, осуждён за антисоветскую агитацию и на 5 лет отправлен в Воркуту. К дочери Сталин пришёл через некоторое время после ареста, забрал письма от Каплера, накричал и ударил по лицу.
Светлана так пишет об исходе той встречи:
— С этого дня мы с отцом стали чужими надолго. Не разговаривали мы несколько месяцев; только летом встретились снова. Но никогда потом не возникало между нами прежних отношений. Я была для него уже не та любимая дочь, что прежде.
Освободившись в 1948 году, Каплер, вопреки запрету, приехал в Москву, за что вновь был арестован и отправлен на дальний Север на работы в шахте. Освободили и реабилитировали его только после смерти Сталина, в 1953—1954 годах.
Как сложилась жизнь ее детей
Старшего сына Аллилуевой усыновил ее бывший муж, Юрий Жданов. Иосиф Григорьевич занимался медицинской карьерой, став высококвалифицированным кардиологом. Он много лет работал в столичной академии и написал немало научных трудов. В его личной жизни было две семьи, в одной из которых родился сын Илья. Иосиф Григорьевич скончался в 2008 году, но его мать так и не приехала в Россию, чтобы проводить старшего сына в последний путь.
На фото старший сын Светланы Аллилуевой – Иосиф
Дочь Екатерина поселилась в одном из поселков Камчатки, где она является сотрудницей института вулканологии. После того, как Аллилуева бросила девочку, ее воспитанием занималась свекровь. Екатерина получила образование и навсегда покинула Москву. Она вышла замуж и родила дочь. Муж много пил и умер от цирроза печени. После его смерти женщина стала нелюдимой и сейчас общается лишь со своими родными. Узнав о смерти Аллилуевой, она сообщила журналистам, что не знакома с этой женщиной.
Свою младшую дочь Ольгу дочь Сталина сдала в интернат, когда ей было 11 лет. Сейчас она занимается продажами сувениров и имеет свой небольшой магазинчик. Создать семью у нее не получилось, так как с мужем она развелась. Ольга поддерживала общение с матерью при ее жизни и часто разговаривала с ней по телефону.
Отречение от родных
Из тех людей, которые окружали семью Джугашвили-Аллилуевых, к 1953 году нерепрессированными остались единицы. После очередной волны арестов в конце 1948 года в тюрьму кроме всех прочих попали тётки Светланы — сестра и вдова брата матери. Тогда Сталин был предельно ожесточён против всего мира, пишет Светлана. На вопрос дочери, в чём же их вина, Сталин ответил просто: «Болтали много. Знали слишком много, и болтали слишком много. А это на руку врагам…»
Сталин в разные годы отрекался от всего родного: от родной Грузии, от своих родственников и даже от своего сына Якова от первого брака. О последнем Светлана вспоминает с особенной нежностью и уважением. Она описывает его как скромного человека, которому претило всякое упоминание о том, чей он сын, а также говорит, что он никогда не пользовался привилегиями для своей персоны. Однако отец презирал его за то, что тот попал в плен, где и погиб.
Михаил Чиаурели, готовясь к съёмкам «Падения Берлина», хотел включить в него образ Якова Джугашвили как героя войны. Но Сталин наотрез отказался.
— Ему просто не хотелось выпячивать своих родственников, которых он, всех без исключения, считал незаслуживавшими памяти. А благодарной памяти Яша заслуживал; разве быть честным, порядочным человеком в наше время — не подвиг? — пишет Аллилуева.
Ранние годы
Светлана появилась на свет в нынешнем Санкт-Петербурге в семье революционера, не требующего представления. Семья состояла из четырех человек. У неё так же был старший брат Василий и сводный брат по отцовской линии Яков, который родился в первом браке Сталина с Е. Сванидзе. Мать девочки звали Надежда Аллилуева.
Несмотря на то что девочка росла в достаточно обеспеченной семье, где её не обделяли заботой, её детство нельзя назвать радужным. Методы её отца выражать свою любовь были очень специфичными, из-за чего девочка постоянно страдала. Поведение отца наложило на жизни Светланы несмываемый отпечаток.
Светлана Аллилуева в детстве с матерью
Когда свете было всего 6 лет, её мама совершила суицид. Детей растил и воспитывал отец. Но фактически малыши были предоставлены сами себе, из-за того, что Иосиф Виссарионович всё своё время посвящал государственной службе.
Как рассказала Светлана, её мать была нерусской. Мать Надежды родом из Германии, а отец наполовину цыган. Девушка рассказала, что её родительница была очень импульсивным, эмоциональным человеком, а также она была очень умна. Когда женщина совершила самоубийство, Иосиф Сталин счел этот за предательство. Ходили слухи, что Надежда была глубоко несчастна в браке. Однако Светлана опровергла это, сказав, что у её матери было всё, о чём только можно было мечтать. Тем не менее, Надежда поступила на обучение в Индустриальную академию и намеревалась в ближайшее время подать на развод.
После кончины матери детей отдали на воспитание нянечки Александры Андреевны, которая ранее трудилась в семействе французского драматурга и философа российского происхождения Николая Евреинова. Стоит отметить, что именно влияние этой женщины задало дальнейший вектор развития Аллилуевой, которая всю жизнь грезила о том, чтобы стать филологом. Света окончила школу с отличием, где усиленный интерес она проявляла к литературе.
Светлана в детстве с отцом и братом
Как вспоминала девушка, все её школьные годы проходили вблизи кремля, но это не тешило ее. До школы её отвозил личный водитель, а дома на каждом шагу толпились гувернантки. При этом Свете запрещалось общаться со сверстниками, и даже общаться с детишками по соседству. Большой нагоняй можно было схлопотать из-за разговоров с незнакомцами. Девочке ничего не оставалось, как занимать свободное время изучением иностранного языка и просмотром советских фильмов.
После успешного окончания школы девушка пожелала поступить в Литературный институт. Это вызвало откровенное негодование отца, потому как мужчина полагал, что такая профессия не достойна того, чтобы ее избрала его дочь.
Иосиф Виссарионович хотел видеть в своей дочери историка, а потому настоятельно советовал поступить в МГУ на исторический факультет. Девушке пришлось послушать отца. Однако после получения диплома по этой специальности она всё же поступила в академию общественных наук при ЦК КПСС. Теперь был более благосклонен к выбору дочери, так как понимал, что у нее есть «тыл» (первое, серьезное, по его мнению, образование). В 1954 году Светлана стала кандидатом филологических наук, защитив диссертацию.
Позже Светлана трудилась в качестве переводчика с английского языка, была литературным редактором, успела перевести несколько книг, в частности, произведения Д. Льюиса. В течение 11 лет, начиная с 1956 года, она трудилась в Институте мировой литературы в отделе по изучению советской литературы.
«Связей с разведкой не выявлено»
Мысль о разрыве с народом возникает в покаянном письме детей Аллилуевой не случайно, и если посмотреть на календарь, все станет понятным: Страна Советов и «все прогрессивное человечество» подходили к очередному великому юбилею — 100-летию со дня рождения Ленина в 1970-м. А на пути к незабываемой дате имелся подводный камень — 90-летие со дня рождения второго вождя Октября — Сталина. В Кремле эту дату решили полностью проигнорировать и замолчать. Но о Светлане не забыли. Номинальный советский президент Николай Подгорный 11 декабря 1969 года обращается в политбюро: «Проживающая в США после бегства из СССР советская гражданка Аллилуева Светлана Иосифовна в своих статьях, книгах, интервью, опубликованных за рубежом, а также в выступлениях по радио и телевидению систематически клевещет на советский государственный и общественный строй, зло искажает нашу действительность…»
. Как ее можно наказать? Лишением гражданства. И в тот же день политбюро решением П148/XI «О лишении гражданства СССР Аллилуевой С.И.» одобряет проект указа: лишить «за поступки, порочащие звание гражданина СССР».
Реакцию советского руководства на «поступки» дочери Сталина, впрочем, можно вполне считать вегетарианской: Детей, покаявшихся в грехах матери, не тронули, ее выгнали за побег только из партии, гражданства лишили пару лет спустя и не просто так, а «за дело». Отец бывшей гражданки так мягкотело разве поступил бы?..
Почему Аллилуева считала себя «обреченной» и жаловалась на жизнь?
Светлана винила отца в том, что именно он сломал ей жизнь. Девушка страдала от того, что ее все ассоциировали со Сталиным, а хотелось затмить великого отца — чтобы ее все знали и уважали за литературное творчество. За все свои несчастья и обиды она жестоко ему отомстит, выпустив книгу воспоминаний «20 писем другу». Светлана считала себя Павликом Морозовым (напомним, пионер выступил в суде с показаниями против своего отца, поддерживающего кулачество).
Лишение по полной программе
Несколько иначе сложилось со второй книгой беглянки — «Только один год». Она рассказывала уже не о кремлевских тайнах, а об истории бегства автора с родины мирового пролетариата. Книга выглядела как инструкция и учебное пособие для будущих советских перебежчиков и невозвращенцев (как вызывать такси, как разговаривать в американском посольстве и т.д.). И была настолько убедительной и неприятной для советского партийного руководства, что 7 октября 1969 года Иосиф Аллилуев и его сестра Екатерина Жданова обратились в политбюро ЦК КПСС:
«Недавно в США нашей матерью С.И. Аллилуевой выпущена книга «Только один год». Мы перечитали эту книгу и считаем своим долгом заявить, что ее содержание вызвало у нас глубокое возмущение, и, учитывая, что речь идет о нашей матери, не менее глубокое огорчение. <…> Бегство нашей матери в США причинило нам глубокое горе, ее активная антисоветская деятельность не может не вызвать нашего осуждения. Мы категорически отвергаем ее попытки объявить нас своими единомышленниками. Наши мысли и судьба неотделимы от жизни советского народа, с которым порвала наша мать».</…>
«К вопросу о памятнике Х.»
Андропов правильно рассчитал, что следовало амортизировать идеологический шок, не дать пропагандистской бомбе разорваться накануне и во время празднования великого пятидесятилетия. Допустив утечку рукописи, распространив подредактированные варианты, было важным стравить западных издателей между собой. Особенно американских с западноевропейскими. Что и было успешно сделано.
12 августа 1967 года. Андропов — ЦК (N 2054/а): «В результате осуществляемых Комитетом госбезопасности мероприятий по продвижению выдержек из рукописи С. Аллилуевой в западную прессу в настоящее время сложилось такое положение, когда многие газеты, журналы, радио и телевидение из-за конкурентных соображений стремятся как можно скорее изложить содержание мемуаров и соответствующим образом их прокомментировать.
При этом в ряде случаев публиковались материалы, продвинутые через наши возможности.
Некоторые обозреватели строят догадки, что за кампанией, начавшейся в настоящее время в мировой печати, стоят советские агенты.
По имеющимся в КГБ сведениям, некоторые журналы, которые приобрели право на публикацию рукописи у «Харперс энд Роу», в настоящее время собираются пересмотреть свои соглашения с этим издательством, так как книга С. Аллилуевой в значительной степени перестала быть сенсацией.
Комитетом госбезопасности принимаются меры, чтобы до американской стороны были доведены выгодные нам версии о происхождении рукописи С. Аллилуевой»…
«Бомбу» обезвредить удалось: когда мемуары Светланы вышли книгой, серьезного шума уже не было.
Решение политбюро
Брежнев дает поручение своему «верному оруженосцу», заведующему партийной канцелярией — общим отделом ЦК Константину Черненко. Константин Устинович никогда не скрывал своих сталинистских симпатий, если не сказать восторгов. К выполнению данного партийного задания он отнесся и с пониманием, и с номенклатурной теплотой.
Черненко 4 ноября оставляет для истории такую хроникальную запись: «Тов. Аллилуева (Сталина) Светлана обратилась с просьбой к тов. Косыгину А.Н. разрешить ей выехать в Индию на 7 дней для похорон мужа. Этот вопрос проголосован по телефону».
Голосуют Брежнев, Воронов, Кириленко, Косыгин, Пельше, Подгорный, Полянский, Шелепин. Это стоит пояснить: голосовали не по письму Брежневу, а по его копии Косыгину совсем не случайно. Этот аппаратный нюанс свидетельствует о базовой установке: партия никогда ни в чем не бывает виновата, если что случится, то спросится с правительства. Как в воду глядели!
На выходе всех этих маневров имеется постановление политбюро: «Согласиться с просьбой о выезде в Индию на 7 дней Аллилуевой Светлане. Поручить тов. Семичастному выделить двух работников для поездки с ней в Индию. Тов. Бенедиктову оказать помощь во время пребывания их в Индии».
Напомним, что Владимир Семичастный был председателем КГБ, а Иван Бенедиктов — послом в Индии (потом выяснится: поездка Светланы станет роковой для политической карьеры первого и поводом для перевода на новую работу второго).
Итак: срок ограничен неделей (так просила ходатай), два охранника (охранницы) с Лубянки, посол выделит посольскую машину, встретит и проводит в аэропорту, разместит в посольстве. Решение, в принципе, было трафаретным. Но засада содержалась в нем изначально: при выезде Светлане почему-то не дали советский загранпаспорт на вымышленное лицо (хотя даже при жизни вождя его дочь подписывала свои журнальные статьи псевдонимом — Васильева). Об этом вспомнят позже: если бы главное удостоверение личности было выдуманным, то и всей заварухи можно было бы избежать.
Но 4 ноября 1966 года в теории все казалось правильным, а главное, исполнимым, но на практике ответственное поручение провалят все. Неделя превратится в три месяца (Аллилуева выторгует продление). Вместо двух охранников окажется одна — некая Кассирова, да и то после месяца командировки в Индию эта «дипломатша» с Лубянки улетучится (то ли ей визу не продлят, то ли в Москве решат сэкономить на суточных в свободно конвертированной валюте). Наконец, бывший сталинский министр земледелия (с памятного 1938-го), а потом посол в Индии Иван Бенедиктов допустит либеральную слабинку. Светлана в итоге ускользнет, когда посольство будет готовиться отметить международный женский день колбасой, шпротами и икрой с шампанским.
